Международный Социально-экологический Союз Международный Социально-экологический Союз
  О нас | История и Успехи | Миссия | Манифест

Сети МСоЭС

  Члены МСоЭС
  Как стать
  членом МСоЭС

Дела МСоЭС

  Программы МСоЭС
  Проекты и кампании
   членов МСоЭС

СоЭС-издат

  Новости МСоЭС
  "Экосводка"
  Газета "Берегиня"
  Журнал Вести СоЭС
  Библиотека
  Периодика МСоЭС

На главную страницу кампании
в защиту Беловежской пущи

Георгий Козулько: «Сегодня нужно прямо и честно говорить о необходимости возрождения науки в Беловежской Пуще»

В марте 2003-го вышла книга «Беловежская пуща в третьем тысячелетии». Она посвящена проблемам сохранения знаменитого заповедника. Один из авторов — Георгий Козулько, бывший заместитель гендиректора национального парка. Сегодня он делится впечатлениями от пережитого: международный проект разваливается, книга не издана, он уволен… Ученый отвечает на вопросы ЖУРНАЛИСТА ВАЛЕНТИНЫ КОЗЛОВИЧ, РАССУЖДАЕТ О БЕЛОВЕЖСКОЙ ПУЩЕ, НАУКЕ И ПЕРСПЕКТИВАХ…

Справка: Георгий Алексеевич Козулько проработал в Беловежской пуще в научном отделе 16 лет. Защитил диссертацию по теме сохранения сообществ беспозвоночных животных в лесах Беловежской пущи, имеет ученую степень кандидата биологических наук, опубликовал более 100 научных и научно-популярных работ в отечественных и зарубежных изданиях. Известен в Беларуси и за ее пределами, как специалист по заповедному делу, экологии и зоологии беспозвоночных. Неоднократно выступал с докладами на международных конференциях, в том числе и по линии ЮНЕСКО, представляя Республику Беларусь. В 2001 году уволен с должности заместителя директора по научно-исследовательской работе Национального парка «Беловежская пуща» в связи с «окончанием контракта» из-за принципиальной позиции несогласия с начатой новым руководством Национально парка широкомасштабной вырубки заповедного леса, проводимой с нарушением природоохранного законодательства. В настоящее время работает в Каменюкской средней экологической школе (в Беловежской пуще) учителем биологии и экологии.


— В последнее время непросто купить приличное издание о Беловежской пуще. Выход этой книги — событие. Жаль только, что тираж небольшой

— Национальный парк «Беловежская пуща» в соответствии с белорусским законодательством является научно-исследовательским учреждением. Начиная с конца 1960-х годов, здесь регулярно издавался сборник научных трудов «Беловежская пуща. Исследования», который с 1977 года назывался «Заповедники Белоруссии», потому что здесь были и научные статьи сотрудников других белорусских заповедников. В первой половине 90-х годов издательская деятельность в Пуще угасла по причине финансового кризиса в стране. Мы стали искать новые пути издания книг. В 1996 году в научном отделе национального парка была создана редакционно-издательская группа, силами которой начали готовиться оригинал-макеты книг. Это значительно удешевляло стоимость изданий. Таким способом из печати вышли три книги (1996, 1998, 1999 гг.), нынешняя — четвертая. Эта книга об истории, значимости и сохранении Беловежской пущи. Она — результат уникального трехстороннего сотрудничества между Беларусью, Польшей и Нидерландами. Это впервые в Беловежской пуще.

— Можно об этом поподробнее…

— В 1998 г. Беловежскую пущу посетил голландский ученый и натуралист Онно Де Брайн, который работает в общественной организации «Натуурмонументен», насчитывающей миллион членов. Будучи под сильным впечатлением от уникальности природного и культурного наследия Беловежской пущи, он предложил финансовую и деловую помощь своей организации, чтобы сохранить белорусскую и польскую части Пущи как единое целое. Для этого был составлен объединенный план трансграничного сотрудничества двух частей Пущи — польской и белорусской. Главной идеей этого плана было усиление международного сотрудничества, изучение и управление Беловежским лесом как единым целым, несмотря на политическую границу, которая делит единый лесной массив между двумя странами. Первый этап — организация международной конференции. Второй этап — детальная разработка интегрированного плана трансграничного развития для всей Пущи, включая культурные, экологические и социально-экономические аспекты. Затем должны были быть определены конкретные пилотные проекты (третий этап) в области управления водными ресурсами, сохранения лесов и болот, ведении экологически чистого сельского хозяйства, развития экотуризма и сохранения культурного наследия.

— Доклады ученых с названной конференции и стали основой книги?

— Именно так. В июне 2000 г. в обеих частях Беловежской пущи (сначала в Беларуси, а затем в Польше) прошла трансграничная научная конференция. В ней участвовало около 40 человек — управленцы, ученые и представители местных властей Польши, Беларуси и Нидерландов. На конференции обсуждались многие актуальные для Беловежской пущи вопросы: стратегия управления парками, сохранение природы, ведение устойчивого лесного хозяйства, управление водными ресурсами, ведение экологически чистого сельского хозяйства, сохранение культурного наследия и развитие туризма. Участники конференции согласовали и одобрили Декларацию конференции, которая называется «Беловежа — Каменюки: Воззвание 2000». В изданной книге в простой и популярной форме публикуются представленные на конференцию доклады ученых. Книга иллюстрирована большим числом цветных фотографий, многие из которых уникальны, что делает ее популярной и среди простых читателей. Прилагаются две прекрасные карты, которые показывают польскую и белорусскую части Беловежской пущи. Вместе с текстом книги и фотографиями эти карты дают хорошее впечатление об обширности, природном богатстве и экологических связях Беловежской пущи — не имеющего себе равных в Европе леса.

Это очень ценная книга, потому что в ней опубликованы наиболее важные материалы исследований по Беловежской пуще и сопредельных территориях Польши и Беларуси. Конференция и книга имеют большое научное и природоохранное значение не только для Польши и Беларуси, но и для других европейских стран. Онно Де Брайн говорит, что Беловежская пуща является хранилищем биологического разнообразия и генофонда многих видов живых организмов (насекомых, грибов, лишайников и других), которые уже давно исчезли в Европе. Европейские страны сейчас восстанавливают свою разрушенную экологическую среду и пытаются формировать ландшафты, похожие на первичные, первозданные. Когда эти ландшафты «вырастут» и экологические условия в них «созреют», тогда можно будет расселять виды из Беловежской пущи в Европу, восстанавливая биологическое богатство европейских ландшафтов. Кроме этого реликтовые, первобытные, мало нарушенные леса Беловежской пущи представляют собой модель дикой природы равнинной Европы. Состав и структура этих лесов является эталоном для возрождаемых европейских равнинных ландшафтов. В будущем, сравнивая восстановленные европейские леса с Беловежской пущей, можно будет делать вывод, насколько точно и правильно была проделана работа по восстановлению саморегулирующихся устойчивых экосистем.

— Теперь вернемся к истории создания книги. Помнится, Вы рассказывали, что было много проблем

— Вначале все было нормально. Заключили договор, получили от голландцев деньги, пригласили участников и провели конференцию. А после этого начались вещи ненормальные. Так как мы имели дело с цивилизованным партнером, конференция должна была проводиться по цивилизованным правилам. Но наш национальный парк не выполнил условия договора. К этому времени в Пуще уже был осуществлен авантюрный лесопильный проект и начал работать мощный лесозавод, для которого было взято в кредит более 1,5 миллионов долларов в эквиваленте. Весь парк работал на погашение этого кредита. Поэтому денежки конференции «ушли на лесозавод». Получился конфуз. Голландцы такого бесцеремонного нарушения договоренностей не ожидали. К счастью, конфликт удалось уладить. Но репутация национального парка уже была «подмочена».

Далее для издания книги конференции голландцы в качестве предоплаты перечислили парку 3 тысячи дойчмарок. Остальную сумму должны были перечислить позже. Но в это время директором парка был назначен Николай Бамбиза, который сразу же организовал погром всего того положительного, что было сделано его предшественниками. Директор Бамбиза сразу же заблокировал издание этой книги, так как в этом проекте он видел происки… «коварного НАТО». По крайней мере, тогда в разговоре на мои предложения об усилении тесного сотрудничества с поляками и голландцами в рамках данного проекта и создания в перспективе трансграничного заповедника «Беловежская пуща» он мне прямо сказал: «Какое еще сотрудничество и трансграничный заповедник? Там же НАТО. Я вижу, вы тут в Пуще забыли, как нас душили в 41-ом году». В результате, деньги опять ушли в неизвестном направлении и с изданием книги в национальном парке было покончено. Приезжал представитель «Натуурмонументен», встречался лично с директором, но изменить ситуацию не смог. Мне однозначно было заявлено: «Козулько публиковать мы не будем». Получалось, что ради личных амбиций отдельных личностей одним махом можно перечеркнуть труд десятков людей со всей Беларуси.

— Голландцы ушли, потеряв деньги и доверие?

— Нет, не ушли! Онно Де Брайн оказался фанатом своего дела. Несмотря на очередной скандал и решение Голландии не иметь больше серьезных дел с нацпарком, ему все-таки удалось убедить руководство «Натуурмонументен» продолжить проект. Слишком важна Беловежская пуща для Европы! Вот как об этом написал в книге Онно Де Брайн: «ДЛЯ ВСЕХ НАС, РАБОТАЮЩИХ В ОБЛАСТИ СОХРАНЕНИЯ ПРИРОДЫ В ЗАПАДНОЙ ЕВРОПЕ, БЕЛОВЕЖСКАЯ ПУЩА — ЭТО МАГИЧЕСКАЯ ПЕСНЯ, КАК НАПОМИНАНИЕ ОБ УНИКАЛЬНЫХ ТЕРРИТОРИЯХ С ЕСТЕСТВЕННЫМИ ЭКОСИСТЕМАМИ, ДРЕМУЧИМИ ПЕРВОБЫТНЫМИ ЛЕСАМИ, НЕНАРУШЕННЫМИ РЕКАМИ, БОЛОТАМИ И ТОПЯМИ, КОТОРЫЕ В НАШИХ СТРАНАХ ИСЧЕЗЛИ ПОЛНОСТЬЮ ИЛИ ПОЧТИ ПОЛНОСТЬЮ ЛИБО ОЧЕНЬ ДАВНО, ЛИБО В ПОСЛЕДНИЕ СТОЛЕТИЯ. …БЕЛОВЕЖСКАЯ ПУЩА МОЖЕТ РАССМАТРИВАТЬСЯ КАК САМЫЙ ВАЖНЫЙ ПРИРОДНЫЙ ЗАПОВЕДНИК В ЕВРОПЕ. ОНА УНИКАЛЬНА ТЕМ, ЧТО ЭТО ОГРОМНЫЙ ЕСТЕСТВЕННЫЙ ЛЕС С ВЫСОКИМ БИОЛОГИЧЕСКИМ И ЭКОСИСТЕМНЫМ РАЗНООБРАЗИЕМ, КОТОРЫЙ НАСЕЛЕН БОЛЬШИМ ЧИСЛОМ ВИДОВ РЕДКИХ И ИСЧЕЗАЮЩИХ ЖИВОТНЫХ». Еще одной причиной продолжения проекта было то, что в нем была задействована польская сторона, которую не хотелось подводить.

— Вас тогда уже уволили из парка. Как же Вы продолжали работу над книгой?

— К тому времени книга была еще не готова, ее верстка оставалась в компьютере в нацпарке. Так как выпуск книги дирекция нацпарка фактически «перекрыла», мне пришлось тайком проникать в лабораторию на свое бывшее рабочее место и доделывать книгу.

— Весьма оригинально. Сотрудники парка, бывшие коллеги помогали Вам?

— Все помогали, кто чем мог. За исключением одного научного сотрудника, кстати, кандидата наук, «закладывавшего» помогающих и сочувствующих мне администрации, таким образом делая себе карьеру. После этого людей наказывали, некоторых даже уволили. Пользуясь случаем, хочу поблагодарить всех своих товарищей за помощь. К сожалению, сегодня не могу назвать их фамилии, боюсь, что их уволят после этого.

Не смотря на огромные, искусственно созданные администрацией нацпарка трудности книгу все-таки удалось издать. Большую помощь оказало Представительство Программы развития ООН в Беларуси, которое взяло на себя юридическую и финансовую ответственность за издание книги. Спасибо им. Хочу персонально поблагодарить Виктора Фенчука, менеджера проекта «Пуща без границ», члена общественной организации «Ахова птушак Беларусi». Он взял на себя решение многих организационных вопросов по изданию книги.

— Вы рассказываете такие детали, которые дискредитируют администрацию национального парка

— Это дискредитирует не только Беловежскую пущу, но и Республику Беларусь, ее руководство и правительство. Ведь национальный парк подчиняется непосредственно Управлению делами Президента РБ. Но, по-моему, администрацию Пущи это не особо волнует. Как, впрочем, и вышестоящую организацию….

— Чем закончился голландский проект?

— Книга издана, проект остановлен. Никто из нормальных людей не будет иметь дела, тем более вкладывать деньги туда, где творится произвол и мракобесие.

— Но говорят, что и без помощи иностранцев наука в Пуще развивается успешно…

— Говорить можно что угодно. Но факты — вещь упрямая. Судите сами. Первое, что сделал для науки Николай Бамбиза, после того как пришел в Беловежскую пущу, приказал забрать из научного отдела самые лучшие и самые мощные, только что купленные компьютеры и передал их в производство. Хотя там такая мощная техника совершенно не нужна была. Это случилось еще тогда, когда я работал в парке. После этого опять началось нецелевое использование выделяемых на науку бюджетных денег. Только за 4-ый квартал 2001 года до научного отдела не дошло порядка 15 млн. руб., на тот момент около 15 000 долларов в эквиваленте, что является прямым нарушением законодательства. Эти деньги были в плане финансирования науки, но я точно знаю, что за этот квартал для науки не купили ничего стоящего. Это огромные деньги для маленького научного отдела, выделяемые из государственного бюджета в столь напряженное время. Сводя личные счеты, директор сократил научного сотрудника, который занимался организацией химико-аналитической лаборатории. А ведь там оборудования было более чем на 100 тысяч долларов, больше половины которого закупили еще по проекту ГЭФ (Глобальный Экологический Фонд) в средине 1990-х годов. Если помните, был такой проект «Охрана биологического разнообразия лесов Беловежской пущи» в 1992–96 годах, в рамках которого для Беловежской пущи (и частично для других национальных парков и заповедника страны) Глобальным Экологическим Фондом было выделено 1 миллион долларов. Одновременно сократили должность программиста. Затем без причин уволили работника, который отвечал за обслуживание компьютерной техники. Через полгода в лесу организовали вырубку постоянных пробных площадей, на которых лесоводы в течение 30–40 лет проводили научный мониторинг — вели исследования за ростом и развитием леса. Эти площади представляют огромную ценность для науки и имеют охранный статус ЮНЕСКО, так как Беловежская пуща является биосферным заповедником. Поляки на таких площадях сделали науку мирового уровня. А у нас директор Н.Бамбиза пустил их под топор.

В 1999 году в Пуще была установлена автоматическая метеостанция (компьютер) стоимостью около 10 тысяч долларов, которая была закуплена в Германии по гранту выше названного проекта ГЭФ. Аналогов такой станции в Беларуси не было. Это сложная компьютерная технология, но мы смогли ее освоить и запустить станцию. Тогда периодически снимали с нее метеоданные, так как компьютер позволял некоторое время держать в своей памяти все параметры, и ждали выпускника Брестского университета, который после прихода на работу в Пущу должен был обработать накопленную в базе данных информацию. В процессе работы были временные технические неполадки, связанные с переносным компьютером для считывания метеоданных, но в целом технология работала.

После учиненного директором Н.Бамбизой кадрового погрома, в парке не стало специалистов, способных организовывать работу этой технологии. Станцию прекратили обслуживать. Не исключаю, что сейчас, будучи длительное время без ухода, метеокомпьютер просто вышел из строя. Далее, по имеющейся информации, эту станцию просто демонтировали и свезли на склад. Вместо нее установили «дедовские» приборы — термометры и самописцы, и прорекламировали это на всю страну. Это все равно, что с «Мерседеса» пересесть на телегу. Раньше подобные вещи классифицировались как вредительство. А сегодня объявляются как «мировое» достижение. Вот вам еще один факт «успешного развития» науки в Беловежской пуще.

— Все очень грустно. Так получается, что науки в Беловежской пуще в ее классическом понимании уже нет?

— Научный отдел еще есть, а науки уже нет. Наука — это прежде всего результат, а не процесс. А результат в науке — это серьезные практические разработки и научные публикации, в том числе в престижных международных журналах. Вы много слышали за последние годы о подобных результатах науки в Беловежской пуще?

— В последнее время о Пуще идет только одна «чернуха», связанная с именем гендиректора.

— Так вот, научный отдел в Беловежской пуще 25 лет назад был одним из самых сильных среди заповедников бывшего Советского Союза. И по количеству — 52 человека, и по результатам работы. Вспомним хотя бы работы по восстановлению зубра, изучению старовозрастных лесов и диких копытных. Благодаря этим и другим работам Беловежская пуща получила мировую известность. В средине 70-ых годов в Беловежской пуще даже было специально построено целое здание под планируемый научно-исследовательский институт. Но из-за отсутствия долгосрочной грамотной и последовательной научной политики за последние 20 лет этот потенциал утерян. Еще 10 лет назад, после того, как был выполнен проект ГЭФ, можно было восстанавливать науку. Благодаря проекту для науки были закуплены компьютеры, другое дорогостоящее оборудование и технологии, например, ГИС-технология для создания электронных карт, японская химико-аналитическая станция, автоматическая метеостанция. Научные сотрудники прошли стажировки в национальных и зарубежных институтах. В это время прорабатывалась идея организации на базе национального парка современного эколого-просветительского центра. Для этого велась реконструкция и расширение административного здания, в котором предусматривалось создание необходимых условий для работы научного отдела и эколого-просветительского центра.

Но шанс был упущен. Прежде всего, из-за отсутствия стратегии и перспективной программы развития науки в Беловежской пуще, а также из-за подмены приоритетов в Беловежской пуще, поглощения интенсивной хозяйственной деятельностью всего остального, в результате чего наука в национальном парка стала просто никому не нужной. Научный отдел в Пуще, в котором работает сегодня буквально несколько человек, доживает последние годы. Через несколько лет одна половина научного отдела — старшие сотрудники — окончательно уйдут на пенсию, а другая — молодые сотрудники — разбегутся в связи с отсутствием перспектив, жилья, низкой зарплатой, ненормальным отношением. Научная преемственность окончательно потеряется. Поэтому сегодня нужно не «пыль пускать в глаза» общественности об «успешном развитии» и «достижениях» беловежской науки. Сегодня нужно прямо и честно говорить о необходимости возрождения науки в Пуще. Однако в условиях проводимой нынешним руководством парка авантюрной кадровой и природоохранной политики возрождение не реально.

— Георгий Алексеевич. У меня складывается впечатление, что Вы — единственный из ученых, кто не боится говорить о том, что происходит в Пуще с наукой. Неужто больше некому? Где остальные пущанские ученые? Почему мы не слышим их?

— Причин несколько. Прежде всего, это полная финансовая зависимость научных работников Пущи от национального парка. Работы другой в деревне нет, а на гранты рассчитывать по ряду обстоятельств не приходится.

Вторая причина — введенная не так давно в национальном парке уродливая контрактная система трудовых отношений. Можете себе представить ситуацию, когда с человеком, проработавшим в парке 30 лет и не имевшим за этот срок дисциплинарных взысканий, заключают контракт на один год. Причем временные рамки контракта никак не связаны с результатом работы.

Да и вообще, какой результат в науке, тем более в экологии, можно сделать за год? Тут нужны годы последовательной непрерывной работы. А у них контракт на год. Вот и сидят, как мыши под метлой, выполняя любую прихоть начальства. Иначе окажешься на улице с формулировкой «в связи с окончанием контракта». В таких условиях не о результате думают, а о том, как выжить.

Третья причина — уже некому подыматься. Научных сотрудников осталось меньше десятка человек. В Польше, например, на территории Беловежской пущи работают около 100 научных работников. Среди них несколько человек — признанные ученые с мировым именем. Переводя на нашу классификацию, там только докторов наук в самой Пуще работает около десятка.

И четвертая причина, может быть даже самая главная, — это нравственные качества пущанских ученых. Поразительно, но факт. Люди, имеющие ученые степени, проработавшие в науке десятки лет, постоянно говорящие о любви к Беловежской пуще, на деле предали и Пущу, и заповедную науку, и своих товарищей, и учеников. Вместо того, чтобы сплотиться и дружно встать на защиту Пущи, когда того потребовали обстоятельства, они, преследуя собственные меркантильные цели, бросились обслуживать интересы и преданно служить тем, кто пришел в Пущу вовсе не для того, чтобы сохранять ее. Для кого-то важнее Беловежской пущи оказалась зарплата в виде добавки к пенсии, для других — возможность в нынешних условиях быстро сделать карьеру, для третьих — удовлетворить собственные честолюбивые амбиции. Невозможно представить, чтобы что-либо подобное могло произойти в польской части Беловежской пущи. В свое время, лет 10 назад, когда в Польше было предложено сделать всю Беловежскую пущу национальным парком, сотни ученых сказали свое веское слово в поддержку этой идеи и включились в мощную кампанию по защите Беловежской пущи. Прежде всего, это были ученые из польской Беловежской пущи. А у нас наоборот, «элита» без принуждения, из собственных побуждений и по личному желанию начала помогать уничтожать реликтовый беловежский лес и травить местное население, прикрывая экологические и социальные злодеяния своими дешевыми статейками в прессе и подписями под проектами различных рубок. Хотелось бы лишь напомнить, что подобные времена уже были в истории биологии и экологии, когда некомпетентные, безнравственные, но с гигантскими амбициями люди громили генетику, закрывали заповедники и сажали всемирно известных ученых в тюрьмы и лагеря. Что потом было, все хорошо знают.

— Ну нельзя же быть таким пессимистом… Вы не верите, что наука в Пуще может возродиться?

— Хотелось бы в это верить. Однако, я слишком хорошо знаю местную обстановку и реалии, потому и говорю, что в перспективы научного отдела национального парка уже не верю. Их нет. Чтобы возродить науку в самой Пуще, нужны немалые средства, опытные кадры, а самое главное устойчивая перспективная политика. Сейчас нужно как можно больше привлекать к исследованиям в Пуще ученых из других научно-исследовательских учреждений, как этот практикуют во всем мире. Однако наша действительность показывает, что руководство Беловежской пущи в этом не заинтересовано. Зачем им посторонние люди на территории нацпарка, чтобы ходили, где не положено, и смотрели на то, на что нельзя смотреть. Тут уже своих гоняют за то, что люди становятся свидетелями нарушений и злодеяний. Поэтому о перспективах науки в Беловежской пуще можно будет говорить только тогда, когда всемирно известным заповедником перестанут руководить председатели колхозов, деревопереработчики и прочие залетные временщики, для которых самое главное — побыстрее решить собственные финансовые проблемы и безнаказанно подальше отсюда уехать. А случится это тогда, когда национальный парк из «секретной зоны», из парка для администрации превратится в парк для нации. Поэтому ближайшие перспективы развития науки в Беловежской пуще мне видятся весьма плачевными.

Специальные проекты

ЭкоПраво - для Природы и людей

ЭкоПраво

Экорепортёр -
   Зелёные новости

Система добровольной сертификации

Система
   добровольной
   сертификации

Ярмарка
   экотехнологий

Экология и бизнес

Знай, что покупаешь

За биобезопасность

Общественные
   ресурсы
   образования

Информационные партнёры:

Forest.RU - Всё о российских лесах За биобезопасность Совет при Президенте Российской Федерации по содействию развитию институтов гражданского общества и правам человека Центр экстремальной журналистики

Обмен баннерами